В нормативных правовых актах должен быть ясно и четко урегулирован порядок определения размера ЛСД — учитывается ли вес бумажного носителя, однако такое нормативное регулирование в настоящее время отсутствует, отмечает Верховный суд (ВС) РФ в изученном РАПСИ определении. 

Судебная коллегия по уголовным делам рассмотрела жалобу осужденного за покушения на незаконный сбыт и приобретение и хранение наркотических веществ — гашиша, грибов и ЛСД. 

Автор жалобы, в частности, оспаривает квалификацию действий по признаку особо крупного размера наркотических средств. 

Позиция ВС

Фигуранту, в том числе, вменялось незаконное приобретение и хранение гашиша, частей плодовых тел грибов, а также отрезков листов бумаги, содержащих ЛСД. Данные действия были квалифицированы судом по признаку особо крупного размера, исходя из массы ЛСД.

Но окончательная масса ЛСД определялась экспертами и судебными инстанциями по весу всех пяти объектов, то есть с учетом массы фрагментов бумаги, исходя из того, что они представляют собой смесь.

Действительно, в постановлении правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 для всех смесей, в состав которых входит хотя бы одно наркотическое средство или психотропное вещество, перечисленное в Списке I специального Перечня, независимо от их содержания в смеси, размер определяется исходя из значительного, крупного и особо крупного размера.

В то же время, согласно разъяснениям Пленума, судам следует исходить из возможности использования такой смеси для немедицинского потребления (п. 4 постановления от 15 июня 2006 года № 14).

«В этой связи при рассмотрении дел о преступлениях, связанных со смесью наркотического средства, включенного в Список I, и нейтральных веществ (наполнителя, нейтрального компонента), необходимо устанавливать, являются ли те или иные объекты смесью, а при определении ее размера — возможность использования смеси для немедицинского потребления», — обращает внимание ВС.

Однако возможность или невозможность употребления наркотического средства вместе с фрагментом бумаги и является ли данный фрагмент объектом немедицинского потребления, не были предметом экспертного исследования, уточняет высшая инстанция.

«В настоящее время для случаев, когда наркотическое средство ЛСД нанесено на фрагмент бумаги, фактически являющийся носителем, а не смесью, нормативное регулирование определения размера для целей отнесения его к значительным, крупным или особо крупным отсутствует», — отмечает ВС.

Он поясняет, что Перечень не предусматривает такой вид препарата как физическое соединение наркотического средства или психотропного вещества с бумажным, растительным или иным носителем, на который оно каким-либо способом нанесено.

Им лишь устанавливается необходимость распространения контроля на препараты, представляющие собой соединения с водой, крахмалом, содой, сахаром, глюкозой и т. п., уточняет ВС.

Он указывает, что в документе не содержится прямых предписаний, в соответствие с которыми бумажный носитель ЛСД мог бы учитываться в качестве субстанции, масса которой подлежит включению в общий размер для данного вида наркотического средства.

«Учитывая, что размер ЛСД свыше 0,0001 гр. считается значительным, свыше 0,005 гр. — крупным и свыше 0,1 гр. — особо крупным, для случаев, когда указанное наркотическое средство нанесено на бумажный носитель, в нормативных правовых актах должен быть ясно и четко урегулирован порядок определения размера данного наркотического средства для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ. Однако такое нормативное регулирование в настоящее время отсутствует», — подчеркивает ВС. 

По данному делу возможность определения размера ЛСД без бумаги путем проведения дополнительного экспертного исследования утрачена, поскольку фрагменты бумаги с наркотическим средством уничтожены, констатирует высшая инстанция. 

Принимая во внимание необходимость толкования всех сомнений в пользу фигуранта, осуждение за незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства ЛСД в особо крупном размере в данном случае подлежит исключению, приходит к выводу ВС.

В связи с чем Судебная коллегия смягчила осужденному наказание на два года — с 10,5 до 8,5 лет заключения. Дело № 75-УД26-6-КЗ